Представляем вашему вниманию большое и познавательное интервью от известнейшего специалиста, временно находящегося в творческом отпуске.

«Великий Стратег»

В 2008 году он стал «почетным доктором» университета Эльче им. Мигеля Эрнандеса за свои «заслуги в профессиональной карьере и признания, которого он добился в мире спорта и физической активности». Эту награду он получил благодаря применению научного подхода для физической активности и футбола.

Еще будучи мальчиком, Бенитес увлекался игрой в шахматы и «Stratego» — игре, основанной на военной стратегии. В результате это вылилось в то, что некоторые концепции из этих игр начали применяться им в тренерской карьере. Он взял два чемпионских титула и Кубок УЕФА с Валенсией, вернул Ливерпулю европейское признание победой в Лиге чемпионов.

Если верить иконе Ливерпуля последних лет Стивену Джеррарду, Рафа работает 24 часа в сутки на протяжении всей недели. Торрес добавляет: «Он анализирует все, включая забегания и длинные передачи, изучая их на компьютере. Если он говорит тебе сохранять позицию в паре метров от одиннадцатиметровой отметки, ты внимательно прислушаешься к его словам, потому что он объяснит тебе, что это лишнее расстояние может стать разницей между голом и упущенным моментом».

Сейчас, под конец 2011 года (тогда и состоялся разговор с Бенитесом — прим. М.В), после победы в клубном чемпионате мира, Рафа живет в Англии.

— Кого вы можете назвать своим идеалом в тренерской профессии, от кого научились большему?

— Я всегда старался перенимать по чуть-чуть от разных людей, мне было очень интересно анализировать, вникать и искать объяснения работы множества специалистов. Примером для подражания для меня является Арриго Сакки, так как его Милан был просто невероятным. Но я также старался учиться у всех. К примеру, у Матураны (известный колумбийский специалист, наделавший в свое время шуму в южноамериканском футболе — прим. М.В) было много великолепных идей, я многое перенимал у Круиффа, как и у Бьянки с Купером. Всегда можно использовать такие знания. В Академии Реала есть малоизвестный тренера Фелипе Гайосо, он тоже меня научил кое-чему. Он предпочитал аналитический подход, это повлияло на мою работу.

— Считали ли вы возможной победу над Миланом в финале Лиги чемпионов в тот момент, когда вы проигрывали в три мяча? Или просто надеялись забить?

— Вокруг этого поединка уже возникло столько мифов, и причин для этого действительно было достаточно, но лишь одно точно — отплатить чем-то особенным нашим болельщикам и было нашей единственной целью. Нам нужно было изменить темп игры. Мы провели тактические перестановки, перешли на игру в три защитника вместо четырех, и я сказал игрокам, что им нечего терять. Нам нужно было попытаться отквитать один мяч, чтобы вернуть себя в игру и продемонстрировать, что мы этого заслуживаем. К тому же фаны, несмотря на счет, нас поддерживали, желая увидеть ответную реакцию их команды. Заверяю вас, они продолжали это делать на протяжении всей игры.

— Может ли тренер повлиять на ход игры в перерыве?


— Я уверен, что с точки зрения морали и профессионализма как минимум нужно попробовать, хотя достичь этой задачи непросто. Это твоя обязанность, за это тебе платят. Конечно, твоя речь, твой стиль общения могут сыграть роль в подходе игроков к делу и тактически. Но это нелегко. Есть определенные ограничения, частично связанные с недостатком времени. Указания, которые даются игрокам, должны быть понятны и конкретны, чтобы к ним могли прислушаться.

— Можно ли сказать, что значение тренера в наши времена переоценено?

— Сложно судить об этом с уверенностью, но они определенно имеют значение и очень серьезное. Правда, следует добавить, что это может идти как на пользу, так и во вред в определенных обстоятельствах.

— Должен ли тренер быть замечательно осведомлен в тактических вопросах и руководстве командой?

— В обеих этих областях, но в правильном балансе и ограничении. Ход некоторых поединков можно изменить только за счет тактических изменений, некоторые — за счет влияния на моральную сторону футболистов.

— Кнут или пряник?

— В зависимости от ситуации, иногда нужно быть жестким к одним, а другим нужно дать поблажку. Но всегда все зависит от профессионализма игрока. Удовлетворить желания всех, когда в составе двадцать пять человек, очень тяжело. Игрок, который мало играет, всегда воспринимает ситуацию не так, как постоянно выходящий на поле. К тому же есть общепринятые правила и исключения из правил, все зависит от обстоятельств.

— Перенимали ли вы что-то из других видов спорта?

— Да, конечно. Когда я был маленьким, меня многое увлекало, я играл в футбол, баскетбол, занимался дзюдо и играл в шахматы. Из всего этого я кое-что почерпнул, и это помогало мне в некоторых случаях. Баскетбол был интересен из-за своего постоянного совершенствования, он полон различных полезных идей. Каждый, кто со мной знаком, может сказать, что я несомненно пользуюсь познаниями в области шахмат. В футболе, как и в шахматах, нужно продумывать и анализировать то, что может произойти, иметь план А, план Б, а иногда и план В. Чтобы спокойно оценивать происходящее перед тем, как использовать это на практике, быть подготовленным, способным предвидеть разные варианты действий соперника. Все это нужно в современном футболе.

— Какими качествами должен обладать хороший тренер?

— Есть разные типы тренеров и разные пути достижения цели, потому сложно говорить однозначно. Игроки всегда уважительно относятся к тренерским знаниям, это основополагающе. Уже потом следует говорить о личностных характеристиках, профессионализме, руководящим способностям, эти характеристики должны дополнять друг друга. Но я считаю, что важнее всего для завоевания доверия у игроков, — знания.

— Как много упражнений вы используете?

— За многие годы работы, учитывая мое желание развиваться и познавать новые теории и тренды, я использовал множество разнообразных упражнений. Но отдавать должное нужно не только мне — сейчас принято работать сообща, как единая команда, и это выгоднее для всех. Плюс футбола в том, что он становится более специализированным, увеличивается профессионализм. На протяжении многих лет я использовал компьютеры для хранения записей тренировочных занятий и их дальнейшей каталогизации, этим же занимались и мои помощники. Потому могу с уверенностью сказать, что важно не количество, а умение их использовать. От этого и зависит, будут ли эти упражнения успешными или нет.

— В чем следует ожидать улучшения?

— Тренировочные занятия, как основная часть подготовительного процесса, всегда могут улучшать показатели отдельных игроков и команды в целом. Но могут быть оборонительные аспекты, склонность к концентрации, давлению и каким-либо базовым ходам в атаке — именно эти подходы наиболее важны во время хорошего занятия.

— Какие технологические системы вы используете?

— У нас есть специальные программы, которые помогают контролировать ситуацию во время тренировок, матчей, разборов соперников, нагрузок. Они предоставляют нам огромную базу по разным аспектам, но ее следует использовать только для профессионального роста футболиста, ведь именно он является тем, кто решает ситуацию на поле. Сейчас главное — правильно проанализировать информацию, которая есть в твоем распоряжении.

— Каким образом вы держите себя в курсе происходящего?

— Делаю то же, что и каждый профессионал делал бы на своей работе. Я читаю все возможное, чтобы быть осведомленным, говорю с коллегами по цеху, обмениваюсь с ними мнениями и опытом, слушаю все, что возможно, смотрю максимум игр. В общем, стараюсь быть в курсе всего, этим же занимаются мои помощники, которые потом делятся со мной своими впечатлениями.

— Вы действительно работаете 24 часа в сутки, как говорил Джеррард?


— Мы возвращаемся к мифам. Будучи менеджером в Англии, я реально часто работал 12-14 часов в сутки. К сожалению, сложно переключаться, даже находясь дома, в ущерб семейной жизни. Так не должно быть, но этого невозможно избежать, хотя я определенно не планирую подобное. Если ты любишь какую-то профессию, ты живешь ради нее. К тому же в Ливерпуле я был менеджером, а в английской футбольной культуре эта личность имеет большее влияние и большую ответственность. Там менеджер знает, что будущее зависит от него, а не от технического директора, как это заведено в Испании.

— Над чем вам нравится работать больше всего, на что вы можете серьезнее повлиять?

— Общая организация процесса. Я большой поклонник порядка. На втором месте идет работа над тактическими вопросами. Мне также нравится прививать молодым игрокам техническое мастерство. Это всегда зависит от времени, которое у тебя имеется, и от типа игроков, с которыми имеешь дело. Если ты располагаешь знаниями — они это ценят, а если они еще и достаточно умны, то будут следовать твоим указаниям, так как будут понимать, что в таком случае могут достичь успеха.

— Когда вы понимаете, что относительно этого могут возникнуть проблемы?

— Откровенно говоря, у меня не было подобного ощущения. С одной стороны, я уверен в себе, а с другой — поражение является частью этой игры. Точно также как и оставшиеся три варианта — победа, ничья или перенос поединка из-за дождя или снега. Что-то одно из этого списка точно произойдет вне зависимости от того, чего ты пытаешься добиться. Когда ты проигрываешь, чувства разочарования и злости доминируют, но также есть и ощущение мотивации и желания доказать что-то в следующем матче.

— Каков ключ к победам? Вы обращаете внимание на те же вещи в каждом матче или готовитесь к каждому сопернику по-особенному?

— В этом есть свои философские предпосылки. Всегда присутствует желание навязать свою игру, но это не всегда получается. Но если ты знаешь слабые места у оппонентов, ты можешь использовать их по возможности и снискать в этом удачу. А если тебе это удается и без изменения собственного стиля, или лишь частичного изменения, тогда ты оказываешься практически в идеальной ситуации. Но никто не знает всех ключевых принципов, концепций, которые могли бы стопроцентно дать результат.

— Влияние каких тренеров можно назвать революционным в футболе за последние 50 лет?

— Арриго Сакки изменил многое своей работой в Милане. Для меня это пример для подражания.

— Кого можно назвать лучшим тренером на сегодняшний день?

— Я никогда не любил этот вопрос, потому что ответ не может быть честным. Кто лучший? И в каких условиях? Есть великолепные наставники, которые делают впечатляющую работу в сравнительно маленьких клубах, которые не ведут борьбу за титулы, так как у клуба нет возможностей. Но они могут быть более способными тренерами, чем те, которые работают в больших клубах и имеют всевозможные ресурсы под рукой, которые постоянно и на автоматизме добиваются побед, во многом благодаря игрокам и их потенциалу. Как вы считаете, кто лучший в мире? Тот, которому приходится преодолевать препятствия ежедневно, зная, что они никогда не попадут на передовицы, или тот, у кого в распоряжении имеется команда миллионеров?

— Моуриньо, Гвардиола или Фергюсон?

— Сложно ответить, но если не увиливать, я скажу, что мне всегда нравился один определенный подход к футболу, футбольное окружение и стиль Пепа Гвардиолы.

— Можно ли благодарить Гвардиолу за эту Барселону или подобного мог бы достигнуть каждый?

— Определенно ему следует отдать должное. Я думаю, его главный вклад в эту команду состоит в осознании будущего этого проекта. Подняться на вершину не так сложно, как остаться на ней. Ты можешь победить однажды, но продолжать побеждать дальше и дальше, выиграть практически все… Это все благодаря его усилиям, целеустремленности. Он — отец этого, создатель проекта.

— Сложно ли перенимать команду у Моуриньо — физически и морально опустошенную?

— Нет, нет. Проблемой в Интере была нехватка ресурсов. Несмотря на обещания, они не подписали одного игрока, к тому же в составе было пятнадцать человек, которым уже за 30. Несмотря на это, мы взяли два трофея. Было сложно и практически невозможно выиграть больше без должной поддержки от вышестоящих работников клуба.

— Вы тренировали в Испании, Англии и Италии. Какие различия между этими чемпионатами?

— Каждая футбольная культура имеет свою смесь характеристик, которая и составляет свою собственную структуру. Если говорить в общем, то испанский чемпионат более техничен, итальянский — более разнообразен тактически, а английский — наиболее силен физически. Хотя сейчас уже замечается меньшее различие между англичанами и испанцами.

— Следите ли вы за аргентинским чемпионатом?

— Меньше, чем прежде. Ранее, когда я искал там талантов, смотрел часто. Но теперь, при наличии скаутов, ты можешь закрывать практически все регионы. А когда нужно посмотреть какого-то игрока, тогда я смотрю несколько матчей его команды. Аргентинский футбол очень страстный.

— Каких аргентинских тренеров вы могли бы выделить?

— В Испании мне довелось видеть нескольких, но в основном в роли соперников. Также я изучал различия в работе Менотти и Билардо, оба привлекли мое внимание, они великие специалисты с собственным игровым стилем. Я к тому же читал Данте Пансери (аргентинский журналист, работающий в El Grafico — прим. М.В), чтобы понять их работу более глубоко.

— Почему вы выбрали Пеллегрино своим ассистентом?

— За время работы с ним в Валенсии и Ливерпуле я понял, что он — личность, желающая постоянно преуспевать и обладающая хорошими футбольными знаниями. У Маурисио есть много положительных качеств, одним из которых является способность анализировать. Мне нравится, как он работает, его ждет хорошее будущее.

— Как испанцам удалось стать лучшими в мире?

— В моем понимании — для этого совпало несколько интересных обстоятельств. Подобралась группа игроков с исключительными способностями, они в большей части играют в двух сильнейших клубах планеты (в Барселоне и Реале), плюс с ними рядом еще есть и другие взаимодополняющие таланты с международным опытом. Это игроки с характером и высоким уровнем игры, которые знают друг друга на протяжении какого-то времени. Арагонес и Дель Боске должны были слепить из них единое целое, привить определенную философию и обозначить цели. Я знаю Висенте долгое время и знаю, как он работает и на что способен. Я очень рад за него и за ту команду, с которой он работает.

— Почему Месси блистает в клубе, но не в сборной?

— Сейчас я скажу то, в чем я совершенно уверен. Окружение в Барселоне ему отлично подходит, он доволен этой обстановкой. Люди ожидают от него настолько многого, эти требования и это давление очень велики, это и может влиять на его выступления. В Барселоне он знает, что важен для них и все ему доверяют. Он чувствует эту любовь и играет без особого давления. Он — великолепный игрок, это знают все, кто смотрит футбол. Его скромность, помимо других достоинств, может позволить ему остаться на топ-уровне на многие годы. Он уже является исключительным игроком, а больше всего завораживает то, что его еще также ждет хорошее будущее.

Материал журнала Especial Tecnicos,
Перевод и адаптация Марка Венгерова, Football.ua

Пятьдесят пять лет назад в декабре состоялся необычный матч при необычных обстоятельствах. Поскольку Амстердам был охвачен туманом, который окутывал город, — оставалось мало шансов, что футбольная игра может состояться. Но переноса или отмены совсем не хотелось игрокам и болельщикам Аякса, которые горячо ожидали этого момента сразу после жеребьевки, которая свела их во втором раунде Кубка чемпионов с Ливерпулем.

Произошедшее тем вечером вышло за рамки их даже самой смелой мечты. Встреча не просто состоялась, она возвестила о выходе голландского футбола из тени и возникновении «Тотального футбола» – стиля игры, который в ближайшие годы в европейском футболе сметет остальных в сторону.

Аякс, возможно, частично потерял свой блеск в последние годы, но пока что он еще рассматривается как мощная сила в голландском и европейском футболе, а в середине 60-х был только замечен на футбольном радаре. Эредивизия лишь незадолго до того стала профессиональной, и ни одна тамошняя команда не доходила до последних стадий хоть какого-нибудь из трех европейских турниров, которые разыгрывались в то время.

До того момента лучшие выступления команд страны ограничивались тремя появлениями в четвертьфинале Кубка чемпионов. Однажды это сделал в 50-х Аякс, в 60-х это удалось Дор Вилскрахт Стерк и Фейеноорду. Последний, победив 2:1 в первом раунде будущего чемпиона, мадридский Реал, показал, что все-таки что-то начало шевелиться в стране низкого уровня футбола, но поражение 0:5 на Сантьяго Бернабеу перечеркнуло этот неожиданный успех.

Ливерпуль единогласно считался фаворитом встречи, поехав в Голландию в статусе лучшей команды страны, только что ставшей чемпионом мира. Джерри Бирн, Йан Кэллахан и Роджер Хант – ливерпульская троица из сборной Англии, которая несколько месяцев назад держала над головой трофей Жюля Риме. Кроме того, в составе были Йан Сент-Джон, Рон Йетс и Питер Томпсон. Менеджер Билл Шенкли не испытывал сомнений, что его команда будет прогрессивнее – не только из-за неуместного чувства превосходства, но и потому, что почти все остальные были того же мнения.

Только самые страстные болельщики Аякса видели свое превосходство, но семена победы были посажены два сезона назад назначением тренера Ринуса Михелса после увольнения англичанина Вика Бэкингема. Аякс был под серьезной угрозой вылета в том же году, но под руководством Михелса начал потихоньку подниматься в таблице. Победа 9:3 над Маастрихтом в первой же игре намекнула, на что была способна команда под его руководством.

Назначение Михелса, который вскоре станет одним из величайших европейских тренеров, совпало с появлением одного из величайших игроков континента – Йохана Круиффа. Под руководством первого за пределами поля и благодаря подвигам Круиффа — на нем, через сезон Аякс превратился в чемпиона.
Амстердамцы пока не показывали прекрасного владения и прессинга, что поможет им доминировать в Европе, но влияние Михелса начало сказываться незамедлительно. Понимая, что голландскому игроку не хватало кондиций на фоне исполнителей более профессиональных европейских лиг, он сделал команду полностью профессиональной – больше времени стало тратиться не только на тренировочном поле, но и на повышение физических кондиций подопечных.

Начать стройку он решил с задней линии, не только поменяв схему на более современную 4-2-4, но и подписав югославского центрхава Велибора Васовича, человека, который скромно назвал стиль Аякса своей заслугой.

Кто бы ни был главным конструктором успеха Аякса – Михелс, игроки, или Михелс и игроки, — зимой пять с половиной десятилетий назад европейский футбол пережил одно из сильнейших потрясений, когда-либо засвидетельствованных.

Туман прогнозировался, но условия резко ухудшились к вечеру. Аякс сильнее желал провести матч, в отличие от Билла Шенкли, настаивавшего на переносе, а не 24-часовой задержке, помня о матче на выходных против МЮ. В конечном итоге поединок увидел зеленый свет, когда арбитр решил, что с центральной линии видно и те, и другие ворота.

По легенде белую форму в тумане получалось обнаружить легче, чем красную, в которую были облачены игроки Ливерпуля. Аякс сразу же взял игру в свои руки. Дебютант Кес де Вольф уже на третьей минуте головой замкнул подачу Хенка Грота. О том, насколько плохой была видимость, говорит то, что 65-тысячная публика праздновала гол поочередно. Те, кто близко были к воротам, начали праздновать сразу, остальные реагировали уже на ликование своих соседей.

Если Шенкли и его игроки не понимали, куда они попали, то вскоре до них дошло. Круифф удвоил преимущество на 17-й минуте, а Нунинга вскоре забил и третий мяч. Незадолго до перерыва арбитр дал свисток, а игрок Аякса Шак Сваарт решил, что это как раз закончился первый тайм. Когда он уже вышел за пределы поля, его остановил директор Аякса и объяснил, что игра все еще продолжается. Сваарт равнодушно вернулся в бой и сделал передачу на Нунингу, который довел счет до 4:0 в пользу Аякса к концу первого тайма.

Вторая половина куда больше истощила Аякс. Ливерпуль, осознав свое затруднительное положение, сделал все что мог, отодвинув соперника к его воротам на длительное время. Своим агрессивным стилем он потеребил перья противнику, и немало времени ушло на оказание помощи Гроту и Сюрбиру. Немного людей во мраке видели, как физиотерапевт Аякса Сало Мюллер, по его собственном признанию, без разрешения арбитра выбегал на поле, дабы оказать помощь побитым жертвам. Представитель Фемиды попросту растворился в этом хаосе (Говорят, даже сам менеджер мерсисайдцев тайком выбегал за бровку, чтобы накостылять соперникам — прим. ред.)

Несмотря на давление, Аякс забил еще благодаря Гроту, хотя Лаулер несколько утешил Ливерпуль на последней минуте, расписавшись в чужих воротах. Шенкли, верил ли действительно, а, может, просто подавал вид, заявил, что Ливерпуль в ответном матче на Анфилде забьет Аяксу семь мячей. Однако забить удалось лишь два — Круифф счет сравнял, и Аякс прошел со счетом 7:3 по сумме двух матчей. Он будет выбит в следующем раунде пражской Дуклой, хавбек которой, Ян Гелета, наглухо закрыл будущего «Кронпринца».

И хотя в четвертьфинале амстердмцев и постигла неудача, Ринус Михелс благодаря победе над Ливерпулем понял, что он придумал формулу, которая может совершить революцию в игре. Его Аякс добьется триумфа в 1971-м, когда в финале Кубка чемпионов оставит не у дел Панатинаикос на Уэмбли. После ухода же в Барселону Михелса заменил Штефан Ковач, но стиль игры и слава никуда не денутся. Аякс победит и в следующих двух розыгрышах, одолев сопротивление итальянцев в лице Интера и Ювентуса.
Выражение «Тотальный футбол» было придумано лишь после того, как Михелс в блестящем стиле выступил вместе со сборной Голландии на чемпионате мира 1974 года, но оный все еще существовал вместе с успешным Аяксом конца 60-х – начала 70-х. Успешный союз прессинга и владения мячом вкупе с сочетанием игроков, которые могли оказаться на разных позициях, была революционной в то время, но и по сей день служит вдохновением для игроков, тренеров и болельщиков.

Пеп Гвардиола играл под руководством Круиффа, и происхождение «Тотального футбола» тянется через него от Ринуса Михелса более пяти десятилетий. Есть определенная симметрия между тогдашним Аяксом и нынешней Барселоной. Судьба свела Михелса и Круиффа, теперь то же самое произошло с Гвардиолой и Месси, которые вновь формируют стиль, принесший успех Аяксу. Менее эстетически приятная тактика также может быть успешной, но она не всегда принесет радость нейтральным болельщикам. Как же это иронично, что стиль игры, который сделал футбол таким ярким, родился холодным мрачным вечером зимой много лет назад…

Football.ua рассказывает о звездном форварде соперника сборной Украины.

В чем-то Луиса Суареса можно назвать уникальным футболистом. Его собственная легенда родилась раньше того момента, когда об уругвайском форварде стали говорить как о футболисте «мирового класса». Его путь к всеобщему признанию еще продолжается, но, глядя на те старания и ту страсть, с которой Суарес отдается игре, сомневаться в его росте не приходится – в конце концов, не каждый становится легендой в 23 года.

«Спустя какое-то время я возвращаюсь к тому эпизоду и начинаю понимать реакцию людей, — рассказывает Луис. – Если вы опросите тысячу футболистов, они скажут, что поступили бы точно так же. Мы играли в четвертьфинале чемпионата мира, и у меня был шанс предотвратить гол. У меня не было времени размышлять на эту тему. Я просто сделал это». Публика, неравнодушная к судьбе сборной Ганы, пыталась обвинить форварда если не в самом факте намеренной игры рукой на линии ворот, то в бурном праздновании, которое он устроил в туннеле после промаха форварда Черных Звезд Асамоа Гьяны. «Я праздновал? По правде говоря, я не видел фотографий, но люди говорят, что так и было. Повторюсь, это был четвертьфинал чемпионата мира, и я никогда прежде не оказывался в подобной ситуации. Кажется, я даже не осознавал, что праздновал».

Страсть, впрочем, приводила Луиса Суареса и к куда менее выгодным для его команд поступкам. В Голландии он долгое время ходил в лидерах по числу предупреждений, а в последний перед отъездом в Ливерпуль случай закончился семиматчевой дисквалификацией и прозвищем «людоед». За что ему было стыдно, так это за тот неоправданный укус в плечо Отмана Баккали из ПСВ: «На самом деле, это не я. Я спокойный парень, который очень устал после длительных путешествий и совершил большую глупость, за которую мне стыдно». Другую сторону Суареса видит и Кенни Далглиш, назвавший Луиса «приятным улыбчивым парнем».

Он действительно такой. За пределами футбольного поля вы не услышите от Суареса громких возгласов, капитанских призывов и ненавистных речей. Уругваец скромен – средний ребенок в семье, состоящей из семерых детей, он и сейчас считает, что не был лучшим футболистом даже у себя дома. Двое старших братьев также сделали футбольную карьеру на родине, но лишь один Луис с гордостью представляет свою семью и среду, в которой он вырос, в Европе. «Когда я впервые надел футболку Аякса и вышел на поле, то в моей голове всплывали воспоминания из детства – игры в бедных кварталах, первые занятия в футбольной школе. Я не могу поверить, что зашел так далеко и выступаю за амстердамский Аякс», — вспоминает Суарес сегодня.

Это и впрямь классическая история о мальчике из бедной семьи, пробившем дорогу к футбольным вершинам своим трудом и талантом. Родители развелись, когда Суаресу было девять, и на мать легло воспитание семерых детей, один из которых в 14 лет получил приглашение в юниорскую сборную Уругвая. Забавно, но Луису пришлось отказаться: обязательным условием приезда в лагерь детской команды было наличие пары бутс, а у семьи Суаресов не нашлось денег для их покупки.

Логичнее всего вообразить старательного парня, попрекавшего любые соблазны и целенаправленно шедшего к своей мечте, но в случае с Суаресом стоит говорить о постоянной необходимости нахождения рядом с ним взрослого наставника. С отцом футболист сохранил нормальные отношения, но он не был в состоянии научить сына ответственности и серьезному отношению к делу. Как раз в период его первого неудачного вызова в юниорскую сборную Суареса подловили в одном из местных заведений – парень не без удовольствия распивал спиртные напитки и, в целом, очень весело проводил свободное время. Ультиматум тренера сработал превосходно: либо Суарес бросает гуляния и всецело отдается спорту, либо больше не выходит в составе своей команды. Разумеется, Луис выбрал первое – и уже через четыре года осуществил первую большую мечту.

На самом деле, тогда у юного форварда Насьоналя было две мечты, пересекавшиеся друг с другом и сводившееся в итоге к необходимости ехать в Европу. Годом ранее его подруга София уехала жить в Барселону, и общение на расстоянии превратилось для Суареса в смертельную муку. Счастье свалилось внезапно: скауты голландского клуба Гронинген отсматривали какого-то футболиста в совершенно другом матче, а на следующий день решили посетить поединок Насьоналя с Дефенсором, где вовсю феерил Луис. Счастливое совпадение: это действительно был его лучший поединок в футболке уругвайского клуба – он заработал и реализовал пенальти, помимо этого сотворив маленький шедевр, схожий с его голевой передачей в матче с Манчестер Юнайтед весной. «То, как я обыграл этих игроков, было задумано заранее. Против Манчестера это была случайность. Не везение, а что-то инстинктивное. Но в матче с Дефенсором я точно знал, что собираюсь сделать».

Скаутам Гронингена понадобилось приблизительно полчаса, чтобы принять решение по молодому таланту и вскоре после финального свистка сделать Суаресу предложение. Луису для согласия понадобилось полминуты, ведь одна мысль о том, что он будет ближе к будущей жене и таки попадет на континент, где сбудутся его футбольные мечты, перевесила любые недостатки вроде языкового барьера и элементарного незнания – а что же такое Гронинген?

Сейчас он с уверенностью говорит, что попал в нужное место и в нужное время. Нидерланды – как страна умеющая готовить молодых футболистов – дала Суаресу все недостающее, благодаря чему Луис так уверенно себя чувствует в Ливерпуле. Даже год, проведенный в скромном Гронингене, пошел уругвайцу на пользу: он не только освоился в голландском и европейском футболе, но и молниеносно выучил голландский язык, завоевав уважение партнеров за свое упорство и настойчивость.

Теперь Суарес рассматривается как несомненная легенда Аякса. Игрок, образовавший сразу три великолепных пары нападающих – с Хунтелааром, Пантеличем и Эль-Хамдауи, капитан и один из немногих футболистов, забивших в футболке амстердамского клуба более ста мячей. Но статистические данные и всевозможные награды – лишь дополнение к урокам, полученным от голландских легенд, работавших в клубе все эти годы. Марко ван Бастен, принявший Аякс после Евро-2008, какое-то время боролся с нравом Суареса, собиравшим горчичники и удаления. В определенной мере научив парня сдержанности, он все же признал, что такие вещи остаются частью его футбольной натуры. Деннис Бергкамп давал более технические советы, объясняя, как лучше распоряжаться мячом в той или иной ситуации, играя не только на самого себя, но и на партнеров. «Уже в четыре года я бегал с мячом быстрее, чем без него, но в Голландию приехал очень эгоистичным игроком. Здесь меня и изменили», — признается Суарес.

Когда Луис перебрался в Ливерпуль, в отношении этого трансфера высказывалось немало скептических мнений. Во-первых, уровень голландского чемпионата несопоставим с английской Премьер-лигой. Во-вторых, сам Суарес перебрался в Англию, не имея игровой практики по причине длительной дисквалификации. Тем не менее то, насколько быстро уругваец влился в новую среду и бесстрашно перетянул на себя едва ли не лидерские обязательства, вызывает восхищение. Способность вести за собой команду в Суаресе открыл Мартин Йол – возглавив Аякс, он тут же потерял капитана команды Томаса Вермалена, передав повязку уругвайскому форварду. Нынешний менеджер Фулхэма решил, что футбольная страсть Луиса, его непримиримость любому результату («когда мы выигрываем 4:0, я хочу 8:0», — произнес он в одном из интервью) сослужит команде особую службу. Суарес официально взял под контроль раздевалку Аякса, окончательно заматерев как игрок.

Луис убежден, что уровень игры в Премьер-лиге имеет и обратную сторону для форварда. «В Голландии были матчи, на которые ты выходишь, заранее зная, что победишь. В Англии все не так: любой середняк может дать бой лидеру, а защитники не действуют рядом с другом, оставляют больше пространства для игры. Нужно бегать, искать возможности и реализовывать их». Успешно расправившись с этим вызовом, он взвалил на свои плечи следующий, летом выиграв Копа Америка и получив приз лучшего игрока турнира.

Совсем недавно Харри Реднапп, восхищенный игрой уругвайца, предположил, что Ливерпулю будет очень непросто удержать седьмого номера команды, потому что вскоре в его услугах будут заинтересованы Реал с Барселоной. Поступательное приближение к статусу одного из лучших нападающих мира не вскружило голову Суаресу, к слову, даже не знавшему, какие именно футболисты выступали до него под «семеркой». «Стать легендой уровня Кенни Далглиша? Нет, я не имею никакого права ставить себя в один ряд с таким великим футболистом». Пока мы не знаем, потянет ли уругваец достижения своего тренера, но одно представляется совершенно очевидным: в учебниках футбольной истории его собственная легенда не будет ограничиваться рассказом о том самом матче со сборной Ганы.

Хосе Энрике оценивает свое сотрудничество на левом фланге со Стюартом Даунингом и уверен, что вдвоем они смогут обеспечить Энди Кэрролла «боезапасом» для внушения страха защитникам в Премьер Лиге.

Третий номер Ливерпуля, ставший игроком матча в игре Арсенал — Ливерпуль (0-2), признается, что всегда был поклонником английского вингера и счастлив играть с ним, а не против него.

«Стюарт очень хороший игрок. Он быстр и хорош в игре обеими ногами» сказал Энрике в интервью Liverpoolfc.tv.

«Я всегда чувствовал что он хороший игрок когда играл против него за Ньюкасл. Я надеюсь что мы сможем хорошо играть вместе за Ливерпуль.»

«Энди Кэрролл отличный английский форвард. Я надеюсь мы сможем отлично ему ассистировать. В воздухе он практически непобедим.»

«Если Энди будет в форме на 100% и покажет свою лучшую игру — он станет очень важным игроком для нас.»

Последнюю пару лет Ливерпуль представлял собой одну большую загадку. Но сейчас, похоже, дело проясняется.

Во многом неразбериха в Ливерпуле была вызвана ситуацией в руководстве. Банковские кредиты чудовищных размеров, отсутствие «согласья в товарищах», туманная перспектива со стадионом – из-за всего этого до команды как-то не доходило дело. Вернее, дело было, но лишь тогда, когда приближался очередной срок расчета по кредитам. Ливерпуль, который в сезоне 2008/09 вел упорную борьбу с МЮ за чемпионство, вместо усиления состава терял лидеров, притом, что оставшиеся исполнители, доселе служившие опорой команде, в силу разного рода причин сдали.

Появление Джона Генри во главе клуба, а затем и Кенни Далглиша – во главе команде способствовало нормализации ситуации. Причем под нормализацией действительно подразумевается нормальное существование команды, имеющей перед собой серьезные цели.

Трансферная деятельность Далглиша с самого начала стала сенсацией, но на самом деле Кенни поступал ровно так, как поступал и раньше. В январе Ливерпуль расстался с любимым, но явно сдавшим Фернандо Торресом. Для Роя Ходжсона испанский форвард был как тот чемодан без ручки – и тащить тяжело, и выбросить жалко. Точнее, страшно. Далглиш не побоялся, ведь «то, что позволено Юпитеру, не позволено быку». Благодаря этой выгодной сделке с Челси Ливерпуль сумел пригласить сразу двух молодых нападающих – Луиса Суареса и Энди Кэрролла. И уже тогда стало понятно, чего хочет Далглиш.
Ливерпуль получил нападающих, чей ареал обитания – штрафная площадка соперника. Пробивной Кэрролл, превосходно играющий в воздухе и обладающий ударом внушительной силы, хитрый и изобретательный Суарес, тоже всегда нацеленный на ворота. Чтобы они заработали на полную мощность, нужно создать им все условия, то есть подчинить игру средней линии одной задаче – регулярно загружать форвардов работой. Для этого Ливерпулю нужны были новые игроки, ведь принципы игры Далглиша существенно отличаются от принципов, на которых была создана команда Рафаэля Бенитеса.

Если коротко, то теперешние кадровые решения Далглиша не очень-то отличаются от тех, сделанных без малого два десятка лет назад. Да и с чего, скажите на милость, Королю Кенни быть носителем новых идей? Впрочем, старое – вовсе не значит плохое. Два хищника у чужих ворот (Алан Ширер и Крис Саттон), бесперебойная работа на флангах (полузащитники Стюарт Рипли и Джейсон Уилкокс, защитники Хеннинг Берг и Грэм Ле Со) – эта схема позволила Бродягам стать чемпионами, причем, что показательно, для успеха этой игровой модели очень большое значение имели действия на флангах, но запомнились не эти исполнители, а бомбардиры. Это к тому, что, может быть, кому-то имена Стюарта Даунинга, Хосе Энрике и Джордана Хендерсона покажутся не такими впечатляющими, как, скажем, Арьен Роббен, Дани Алвеш и так далее. Для Далглиша это не имеет значения, он помнит, во что превратился Крис Саттон, оказавшись в Челси в совсем другой стихии.

В общем, замысел Далглиша в Ливерпуле понятен, и на самом деле головоломка из полузащитников не такая уж сложная, как кажется на первый взгляд. Потому-то менеджер Ливерпуля так настойчиво отдавал серьезные деньги за представителей линии, где, как казалось, и без того переизбыток исполнителей. Но вся штука в том, что Далглиш требует от полузащиты другой игры, и потому набор, оставшийся от Бенитеса и Ходжсона, ему не очень-то нужен. Вернее, нужен, но выборочно. Даже Дирк Куйт, любимец публики и беззаветный трудяга, не просто так остался в запасе в стартовом матче с Сандерлендом. Да, Хендерсон не показал той игры, которой от него требовали, он плохо выполнял свою основную функцию, и нападающие почти не кормились с правого фланга (показательно, что самый острый момент с игры, созданный на этом фланге, дело рук Даунинга, забредшего с противоположного края). И все равно в команде Далглиша более перспективными кажутся позиции именно молодого новичка.

Если смотреть поверхностно, то летние действия Далглиша казались нелогичными. Ведь наиболее уязвимым считался центр обороны, где давно уже сдал Джеми Каррагер, где очень редко здоров Даниэль Аггер, где попросту слабы Мартин Шкртел и Сотириос Кирякос. Далглиш все-таки купил защитника, но левого, а не центрального. Именно потому, что Хосе Энрике более необходим для сбалансированной системы игры команды в атаке. Центрбек, конечно, может и должен появиться в Ливерпуле, но это будет уже точечное усиление, а не концептуальное…

Очень интересно посмотреть на Ливерпуль, когда вернется Стивен Джеррард. Если взять состав, сыгравший против Сандерленда, то заметно, что Стиви Джи, дабы вписаться в эту схему, придется привыкать к тому, что в штрафную мяч не обязательно тащить напролом.
Но на самом деле не очень верится в то, что Джеррард сможет измениться и сыграть не в излюбленном ключе. Потому в таком случае кем-то придется пожертвовать. Понятно, что пострадает кто-то из игроков группы атаки, и в этой связи позиции Лукаса видятся незыблемыми. В конце концов, как ни крути, но он лучший опорный полузащитник в нынешнем Ливерпуле, и уж точно Чарли Адам заменить его не сможет. Адам, обладающий прекрасным пасом и умением исполнять стандарты, напоминает Хаби Алонсо, разве что за тем исключение, что Чарли гораздо слабее в обороне. Более того, очень важно, чтобы у него за спиной был игрок вроде Лукаса, ведь о мастерских передачах Адама на любые расстояния говорят второй сезон, а вот об его же ошибках – потерях и обрезках – вспоминают реже, но брака в действиях шотландца на самом деле немало. В матче с Сандерлендом показалось, что Лукас чувствует себя в роли волнореза и чистильщика просто превосходно, ведь благодаря тому, что в составе теперь достаточно игроков, умеющих обострить игру, от него не требуется ничего больше, чем он делает.

Самым уязвимым в связи с возвращением Джеррарда может стать место Хендерсона в составе. Стивен и сам горазд сыграть справа, но Далглиш запросто может повторить схему Бенитеса, где вдоль центральной оси были нанизаны Хавьер Маскерано в роли опорного, Хаби Алонсо в роли центрхава и атакующий хав Джеррард. В таком случае можно широко расположить Суареса и Даунинга, а капитан, любитель подключений из глубины, с удовольствием создаст у ворот соперника массовость вместе с Кэрроллом. То есть Стивен снова окажется в роли не «грузчика», а «приемщика». Принцип же должен оставаться неизменным – мяч как можно быстрее и как можно чаще должен быть у ворот соперника.

Но сможет ли оказаться эффективной схема, применявшаяся, пусть и успешно, два десятка лет назад?

Разумеется, один сыгранный матч – это очень мало, и тем не менее второй тайм поединка с Сандерлендом существенно умерил пыл тех, кто был в восторге от игры команды до перерыва. Ливерпуль остановился, и в такой ситуации тактика Далглиша, лишенная скорости и напора, напоминала банальный и ничуть не страшный лонгбол. Это остановившийся Ливерпуль Бенитеса мог быть опасен, но не Ливерпуль Далглиша. Команда испанца в своей лучшей форме великолепно умела засушить игру. Далглиш в прошлом сезоне тоже выдал несколько впечатляющих в этом плане поединков, но отличие было в том, что его Ливерпуль просто сидел в обороне очень большим числом. Не стоит называть это большим и уж тем более искусным тактическим решением.

Как бы то ни было, это уже новый Ливерпуль, со своим почерком, особенностями и слабостями. Можно не сомневаться, что он даст нам еще немало почвы для споров и размышлений, в том числе и по мотивам ближайшего матча – с Арсеналом.

Алексей Иванов
football.ua

В прошлом сезоне мы проводили конкурс прогнозистов, но всё делалось руками. На этот же сезон было обещано всё улучшить и вынести в отдельный сервис. Обещано — сделано.

fanmix.org — Прогнозы в Английской Премьер-Лиге.

Сайт был недавно завершен и сейчас могут возникать различные глюки, поэтому будем рады любой помощи. Чтобы участвовать в конкурсе нашего сайта, нужно зарегистрироваться, а потом подать заявку в группу fanmix.org/group/5.htm и оставить в комментариях этого поста ник, который вы используете на fanmix.

Любые вопросы и предложения приветствуются.

Ну и приглашайте своих знакомых, которые болеют за другие клубы, чтобы было не скучно соревноваться (в общем рейтинге) и общаться.

Результаты после 8 тура:

Накануне старта сезона в Премьер-лиге самым загадочным из клубов-претендентов на высокие места представляется Ливерпуль под руководством Кенни Далглиша.

Претендентов этих, как водится, немало, хотя обычно спор за чемпионство в Англии сводится к противостоянию лишь двух команд. На сей раз вклиниться в борьбу МЮ с Челси обещают и продолжающие коллекционировать звезд земляки Юнайтед, и привычно амбициозный Арсенал, и Тоттенхэм, управляемый практичным Харри Реднаппом. Ну и Ливерпуль, чьи поклонники рассчитывают на тренерское искусство Далглиша. На него же и надеются.

Мнение, признаюсь, удивительное, ибо пока возвращение символа клуба на пост наставника не принесло мерсисайдцам особых дивидендов. В заслугу шотландцу следует поставить разве что матчи с другими топ-клубами, которые определенно удались красным. В остальном же итоги сезона выдались для Ливерпуля неутешительными. В Кубке Англии он споткнулся на первом же шаге, пусть и столкнувшись с серьезным препятствием в лице Манчестер Юнайтед. В Лиге Европы успехи тоже обошли гранда стороной: победа в плей-офф в упорной борьбе над пражской «Спартой» и поражение от «Браги» в борьбе еще более упорной к ним явно не относятся.

Не менее странным выглядит и желание болельщиков увидеть в Далглише спасителя. Вернее, само желание-то понятно: в конце концов, именно при нем на «Энфилде» в последний раз по состоянию на настоящий момент праздновали чемпионство. Однако даже беглого анализа тренерской деятельности Кенни в те далекие годы достаточно, чтобы понять: если шотландец и герой, то герой изрядно приукрашенный.

Принимая Ливерпуль летом 1985-го из рук Джо Фегана, он возглавил команду, которая почти бессменно царила на английском футбольном троне в течение пятнадцати лет и слыла лучшей на континенте. Далглиш поддержал эту традицию, за что ему, конечно, честь и хвала. А вот насчет лавров я уже не буду столь категоричен. Не надо забывать, что, имея априорное преимущество над конкурентами, Ливерпуль, как и другие английские клубы, был тогда отлучен от еврокубков из-за дисквалификации. Отсутствие второго фронта, естественно, значительно облегчало деятельность тренера. Молодой Кенни пару лет даже совмещал ее с карьерой игрока, регулярно появляясь на поле наравне с подопечными. Это, безусловно, была особая ситуация, которая не повторится еще долго.

Потом он работал с Блэкберном — и за четыре года превратил его из заурядного клуба второго дивизиона в чемпиона Англии. Велик соблазн приравнять данное достижение к колоссальному тренерскому успеху, но не все так просто. Во-первых, фантастический взлет бело-синих был не в последнюю очередь обусловлен поразительной щедростью их хозяина Джека Уокера: сталелитейный магнат подписывал чек за чеком даже тогда, когда речь шла о миллионах долларов. Во-вторых, новообразованная Премьер-лига в середине позапрошлого десятилетия не без оснований считалась соревнованием довольно посредственного уровня. Ну и в-третьих, на международной арене Блэкберн выступал неизменно слабо. В сезоне-1994/1995, допустим, Роверс сами подняли себя на смех, сенсационно уступив в стартовом раунде Кубка УЕФА шведскому Треллеборгу — команде, наполовину составленной из любителей.

Подобный конфуз еще можно было бы объяснить желанием сосредочиться на национальном первенстве, однако победив в нем и попав в Лигу чемпионов, Блэкберн сыграл там столь же скверно. Сыграл, правда, уже без шотландца, который, почувствовав, что на «Ивуд Парк» стремительно заканчиваются деньги, благоразумно сменил амплуа и перебрался в уютный кабинет спортивного директора.

Потом Кенни трудился в Ньюкасле, приняв его в середине сезона в экстренном порядке. Прежний рулевой сорок экстравагантный Кевин Киган, неожиданно ушедший в отставку по собственному желанию в январе 1997-го, оставил преемнику неплохое наследство. Поначалу у Далглиша получалось поддерживать вверенный ему коллектив на плаву – через несколько месяцев Ньюкасл даже пробился в престижнейший континентальный турнир. И хотя в еврокубках передача эстафеты гладко не прошла (бело-черные были нещадно биты в четвертьфинале Кубка УЕФА Монако), публика восприняла появление нового наставника весьма благожелательно.

Проблемы начались чуть позже. Летом донельзя консервативный шотландец затеял перестройку состава, не догадываясь, что своими руками рубит сук, на котором сидит. Из зрелищной команды, чья игра радует глаз, сороки очень быстро превратились в команду мало чем примечательную. Опустившись на заре сезона в середину таблицы, они так там и осели. В Лиге чемпионов дела, впрочем, шли еще хуже: в ней чахнущий клуб стал статистом уже за два тура до финиша группового этапа.

В июне 1998-го терпеливое руководство дало Кенни еще один шанс – и просчиталось. Несчастный Ньюкасл слабел с каждым днем, и в определенный момент даже опустился в зону вылета, покинув ее только со сменой рулевого. Следующие 13 лет сегодняшний кормчий Ливерпуля и вовсе провел вне профессии (за исключением короткого и бесславного пребывания на капитанском мостике Селтика).

Поймите меня правильно: я никоим образом не собираюсь дезавуировать Далглиша. Передо мной не стоит и задача его очернить. Это абсолютно харизматическая личность и уважаемый многими человек. Уважаемый, что характерно, совершенно заслуженно. Проблема лишь в том, что сейчас он едва ли является тем рулевым, который нужен красным.

Минувшей зимой Кенни мог позволить себе быть в основном не тренером в классическом понимании данного слова, а мотиватором и психологом. Теперь же он должен сформулировать для команды игру и грамотно подготовить ее к сезону – совсем другая задача, для решения которой требуются совсем другие умения. А именно – большие знания, тонкое понимание футбола и способность безошибочно выбрать оптимальный состав. Все эти качества не были свойственны шотландцу даже в его лучшие годы, и в высшей степени сомнительно, что он вдруг по мановению волшебной палочки проявит их в ближайшие недели. А выбор, к слову, будет действительно очень трудным: на «Энфилде» нынче почти на каждую позицию (исключая разве что вратарскую) есть два равноценных претендента.

При этом главные козыри Далглиша – его эмоциональность и умение подхлестнуть подопечных – предстоящей осенью рискуют сойти на нет. Кропотливую и квалифицированную работу, без которой становление настоящей команды попросту невозможно, они собой уж точно не заменят. Как не заменили ее в свое время Георгию Ярцеву. Приняв в августе 2003-го находившуюся в плачевном состоянии сборную России, он в рекордно короткие сроки сплотил разобщенных дотоле игроков и нашел выход из тупика. Однако через несколько месяцев из всенародного любимца превратился в неудачника и изгоя. Добившись сиюминутного результата, Ярцев оказался бессилен помочь национальной команде на длинной дистанции, где никакая харизма не заменит собственно тренерского мастерства.

Есть ли у Далглиша козыри, кроме тех, что он уже продемонстрировал в прошедшем сезоне, находясь на своем посту? Не знаю. Может, и есть. Но сейчас уж слишком многое указывает на обратное.

Вместе с колуминстом портала The Tomkins Times Полом Томкинсом мы попытаемся разобраться во всех нюансах полузащиты Ливерпуля, рассмотрим команду с точки зрения баланса между атакой и защитой, а также проведем параллели с Ливерпулем Рафаэля Бенитеcа и Роя Ходжсона.

Целью любой команды является баланс между обороной и атакой. Возможно даже, что это самая важная задача в футболе. Схемы расположения игроков разрабатываются так, чтобы удовлетворить 2 потребности: компактность зон, если мяч у соперника, и передвижение игроков по полю, как важнейший элементом собственного владения мячом.

Чем выше в таблице вы хотите оказаться, тем больше в вашем составе должно быть кудесников мяча и игроков способных решить исход матча. Если же вы оказались внизу таблицы, это значит, что ваш состав укомплектован сплошными защитниками, и только несколькими игроками способными взломать оборону соперника. В редких случаях находятся игроки, которые хороши в обоих компонентах, они на вес золота. На данный момент можно с уверенностью сказать, что у Ливерпуля в распоряжение три таких футболиста: Суарес, Джеррард и Аггер, им нет равных на своих позициях, если мы говорим о способности созидать, но они также хорошо умеют отрабатывать в защите. Возможно, в этот список ещё следует включить Кюйта.

Всегда много точек зрения о том, какие схемы стоит использовать, но они не могут определить насколько команда склонна к атаке. Для меня важнейшим компонентом является количество атакующих игроков в составе независимо от амплуа, будь то защитник, полузащитник или нападающий.

Мое самое большое разочарование, касающееся Роя Ходжсона, заключалось в том, что он использовал слишком мало игроков нацеленных на атаку, в частности, он предпочитал защитников, которые не любили подключаться к атакам. Он использовал двух нападающих, что, по мнению бывшего комментатора Sky Sports Энди Грэя, говорило о намерении играть в «атакующий футбол» (сказано перед выездным матчем с «Сити» 3-0), но хорошим командам – Бенитес и Далглиш это знают – нужно больше игроков способных действовать на обеих половинах поля, учитывая, что почти всегда главной целью соперника Ливерпуля является разрушение, а не созидание.

Практически невозможно предугадать какой состав выйдет на матч открытия с Сандерлендом в следующем месяце, так как многое будет зависеть от того, кто здоров, кто в какой форме находится, а также от сильных и слабых сторон соперника. Но так получилось, что именно матч с этим соперником я использовал для того, чтобы показать разницу между футболом Бенитеса и футболом Ходжсона в октябре прошлого года. К этой встрече мы обратимся и сегодня.

Cостав

При существующем положении вещей, с очень большим количеством центральных полузащитников, трудно представить, как же может выглядеть сильнейший состав, если все будут здоровы и в хорошей форме. Из-за этого ещё трудней измерить баланс между атакой и защитой. И кажется вполне вероятным, то, что некоторые ключевые игроки, такие как Луис Суарес (Копа Америка) и Стивен Джеррард (травма) могут, как минимум пропустить игру с Сандерлендом.

И, если вы, конечно, не считаете, что Ливерпуль этим летом подпишет какого-нибудь «созидателя» – вингера бразильского типажа, которого многие жаждут увидеть, то вполне может сложиться, что в стартовом составе окажется всего один игрок сугубо оборонительного плана (Джейми Каррагер) и большое количество игроков способных помочь и в защите, и в атаке (даже Пепе Рейна не обделён качествами полевого игрока).

В действительности, самое любопытное в летней трансферной кампании клуба заключается в том, что все игроки и не защитники в чистом виде, но и не сконцентрированы исключительно на атакующих действиях. Главное, чего требовали болельщики – это великолепный фланговый игрок, и подписание не самого яркого Стюарта Даунинга оставило некоторые опасения.

Сейчас самое время отметить, что трое из пяти лучших фланговых полузащитников прошлого сезона в плане оборонительной работы — игроки Ливерпуля: Макси, Кюйт и Мейрелеш (под «оборонительной работой» подразумеваются подкаты, единоборства, перехваты и т.д. в соответствии со статистикой Opta). И, что занимательно, двое из трёх – Кюйт и Макси – забили более десяти голов, а голландец ещё и добавил внушительное количество результативных передач.

Мейрелеша нельзя в полной мере назвать игроком фланга. Даже несмотря на то, что при Далглише он начал проявлять себя на фланге лучше, чем при Ходжсоне (вероятно, из-за того, что ему была предоставлена большая свобода в более гибкой схеме), все его голы, кроме одного, были забиты с позиции под нападающим. И получается так, что он не очень-то удачно действовал на этой позиции в роли атакующего игрока. Кроме того, он создавал больше моментов со стандартных положений и из центральной зоны полузащиты. Поэтому вполне можно сказать, что когда он используется на фланге, уровень его игры никак нельзя назвать выдающимся.

Цитируя выше упомянутую статью, «Его слабостью является точность навесов, всего 12% навесов нашли цель. При этом только один гол из пяти он забил с фланговых позиций, все это доказывает, что при игре на фланге исходящая от него угроза воротам соперника минимальна». Я бы добавил, что смена позиции уже во время игры, могла подпортить эти статистические данные, но это все еще данные, на которые можно ориентироваться.



Безусловно, лучшая игра Макси вместилась в промежуток нескольких недель ближе к концу сезоне, а не растянулась на весь сезон продолжительностью в 10 месяцев. Конечно, стабильность – признак мастерства, но нельзя не забывать, что это был первый полный сезон в Англии для него, первые шесть месяцев которого можно смело вычеркивать из актива всем игрокам Ливерпуля (как оказалось, три гола при Ходжсоне не так уж и плохо). Процент удачных навесов у Макси даже хуже, чем у Мейрешела – пугающие 8%, но он отлично выбирает момент для того, чтобы ворваться в штрафную и почти всегда находится перед воротами соперника, когда мяч на противоположном фланге.

По статистическим данным Дирк Кюйт выделяется: 8 голов в 21 матче, в которых он играл на фланге, и впечатляющие 19% успешных навесов, притом, что у лучших по этому показателю игроков отметка редко превышает 25%. Таким образом, статистика голландца доказывает то, о чем и так многие уже давно интуитивно догадываются (хотя некоторые до сих пор упускают) – Кюйт является игроком, который приносит пользу во всех зонах.

Нельзя отрицать, что есть более быстрые и более одаренные вингеры, чем Даунинг, но немногие из них могут похвастаться более усердной работой на поле, тактической выучкой или готовностью отрабатывать в обороне. Это допустимо, если они необычайно полезны впереди – Джону Барнсу прощали подобную «лень» – но в современной игре трудно найти команду, которая готова держать в составе такой «балласт». Даже Лионель Месси отрабатывает по полной.

Поэтому, если Даунинг сможет придерживаться оборонительных статистических показателей Мейрелеша и Макси упомянутых выше, и при этом, будучи чистым вингером, продемонстрирует лучшую точность навесов и приблизится к показателю в 10, как Макси (в прошлом сезоне бывший крайний Виллы забил девять), то о нем вполне можно будет говорить, как значимом усилении состава. К тому же, если Макси более предрасположен к смещениям в центр, затем пасу или удару, то Даунинг, который тоже это умеет, может с не меньшим успехом идти по флангу до конца и навешивать.

Пока что трудно найти место для Хендерсона в команде сильнейших, но определенно это молодой игрок, который может привнести разнообразие в тактические построения. Многие из лучших матчей Дирка в прошлом сезоне выпали, как раз на те игры, когда он был задействован в роли выдвинутого нападающего; его связка с Луисом Суарезом представляла собой смесь использования широких атак в купе с невероятным КПД. Если же Кюйта использовать впереди, это вполне можно рассматривать в качестве одного из вариантов с всего тремя чистыми форвардами в составе (Кэрролл, Суарез, Н′Гог), то Хендерсон выглядит хорошей заменой голландца на правом фланге, как, к слову, Макси с Джеррардом (вот они прелести длинной скамейки). Также стоит отметить, что Хендерсон это скорее ещё один универсал, нежели игрок с ярко выраженной склонностью к атаке или обороне.

Чарли Адам тоже универсальный игрок. Нехватка в скорости означает, что он, вряд ли, будет рваться к чужим воротам, но у него отличный пас и жесткий подкат, позволяющие ему делать работу схожую с действиями Хаби Алонсо, чьи оборонительные усилия в свое время остались сильно недооцененными.

Если длинные пасы Адама выглядят не хуже, чем у бывшего игрока команды под номером 14, то ему определённо не хватает видения поля присущего Алонсо. Многие британские игроки умеют отдать отличный дальний пас, однако лишь единицы способны раз за разом делать элементарные вещи, демонстрируя терпение, прежде чем выбрать действительно острое развитие атаки. Они отдают короткий пас, получают мяч обратно, и затем считают необходимым запульнуть мяч подальше, в то время, как такие игроки как Алонсо или Хави готовы пять или шесть раз обменяться короткими пасами с одним и тем же игроком, прежде чем откроется перспектива действительно острого продолжения атаки. Конечно, Адам, вероятно, компенсирует это своими стандартам, но он не обязан пытаться быть Алонсо, так, скорее, станет напоминать лишь бледную тень самого испанца.



Основной аргумент «против» Альберто Аквилани (помимо записей в больничном листе) – это то, что он хорош при игре с мячом, в игре же без него он мало что может предложить. Конечно, такие игроки как Лука Модрич доказали, что в Премьер Лиге можно преуспеть и без внушительных физических данных, и что, если ты редко теряешь мяч, ты можешь приносить огромную пользу команде. Но «специалистам» по работе с мячом часто в пару требуется «телохранитель». И это снова приводит нас к диалогу «за» и «против» в поисках необходимого баланса. Такие игроки, как Модрич и Аквилани, не обязательно являются роскошью, но им действительно нужна защита для успешной работы на поле.

Прошлогодний лучший игрок года, Лукас Лейва, является загадкой. Он не любит отдавать пасы назад, при том, что и в заключительной трети поля он далёк от идеала (полный анализ пасов Лукаса: 1190 вперёд, 66,33%; 148 назад, 8,25%; налево 87, 4,85%; направо 369, 20,57%). Как и Джейми Каррагер, он эффективен, когда он чувствует себя комфортней, отвечая за свою конкретную зону.

Если оба крайних защитника любят подключаться к атакам, то вам определенно нужен кто-то типа Лукаса. Добавьте ленивого вингера, центрального полузащитника, который подключается вперёд, и центрального защитника, который пересекает середину поля, и вы поймёте, насколько важным становится наличие одного или более игроков, способных дисциплинированно удерживать опорную зону. Однако если все будут выполнять понемногу разной работы, возможно, найти и другой выход из ситуации; хотя стратегия, в которой все полузащитники задействованы в атаке, довольно рискованная (или, если вам угодно, смелая). Будет ли Лукас начинать в старте каждую игру или нет, это не столь значительно, очевидно, что он все равно будет важным активом в составе.

Если дуэт центральных полузащитников (в линии из четырех игроков) будет включать в себя Джеррарда, Аквилани, Хендерсона, Мейрелеша или Адама, то он будет всецело состоять из игроков, способных отдать голевой пас и забить гол. А из этой пятёрки, только Аквилани не способен отработать в обороне на должном уровне, а Мейрелеш скорее хорош в перехватах и грамотном выборе позиции, нежели в борьбе за мяч. Любопытно, что, если верить слухам вопрос по продаже Аквилани или Мейрелеша до сих пор остаётся открытым, возможно даже, что продадут обоих. (Хотя мне нравятся оба игрока. Аквилани хорош при игре с мячом, Рауль без него).

Таким образом, если каждый из дуэта обладает «достойным» творческим потенциалом, но при этом не чурается черновой работы, может быть даже лучше, чем пара игроков с «выдающимся» творческим потенциалом. Конечно, если у вас есть выдающиеся таланты, то вы, возможно, предпочтете использовать их сильные стороны, при этом, не забывая уравновесить их другими игроками. Каждый раз, когда вы пытаетесь сбалансировать целое какими-либо частями, происходит цепная реакция. Потому что, добавляя нового игрока к тем лучшим, вы вынуждены убрать кого-то из состава. Вот почему так много «заключительных частей головоломки» купленных за последние годы были не в состоянии дать результат – что-то в любом случае неожиданно теряется, так как в этой самой головоломке нельзя использовать 12 частей.

Баланс

Все это в очередной раз показывает, насколько плох был баланс между атакой и защитой до прихода Далглиша, и как быстро он всё это исправил.

Представленный ниже материал является моей оценкой атакующего потенциала стартового состава «Ливерпуля» в домашней игре против середняка (Сандереленда, как было упомянуто ранее). Все это основывается на взаимосвязи между позицией игроков и тем, как они играли в этой роли/схеме в течение предыдущих сезонов.

Это может показаться довольно субъективной точкой зрения, так как это просто моя личная оценка, но поверьте, она в большей степени – если не полностью – основана на статистике (забитые голы, созданные моменты, результативные передачи, ключевые пасы, навесы, и т.д.), и, я полагаю, что результаты нашли отражение в статистике по голам при каждом новом тренере. Все три состава довольно объективно отображают видение каждого тренера, то есть я не стараюсь представить нехарактерные для них команды.

К некоторым игрокам я отнесся щедро, так ′7′ очков были зачислены тому Джо Коулу, который провел пару довольно приличных сезонов в Челси (когда был здоров) до перехода в «Ливерпуль», а не тому ужасному, вечно травмированному игроку, которого мы лицезрели в прошлом году.

Точно так же не совсем заслуженно ′8′ для Кэррола, центрфорварда измученного травмами и только наполовину проявившему себя в Ливерпуле в прошлом сезоне, но в Ньюкасле он точно наиграл на ′8′, если даже не на ′9′.

Помните, что в расчёт брались только их нацеленность на ворота соперника и атакующие способности, а не их общий игровой уровень игры. Отсюда у Инсуа и ′8′ – он был среди лучших крайних защитников по результативным передачам после 6 месяцев в своем единственном полном сезоне в премьер-лиге (2009/10), тогда он набрал шесть ассистов. В то время как его замена – Пол Кончески, сделал только одну результативную передачу примерно за тот же промежуток времени (2010/11) – защитные способности молодого аргентинца могут опустить его, скажем до ′6′, если брать в общем (странно, но игрок более оборонительного плана Кончески, вероятно, даже в этом компоненте уступает аргентинцу).







Общее количество очков «за атаку» у игроков при Далглише – 81, при Бенитезе – 77, и с приличным отставанием, у Ходжсона – только 60.

Возможно, у Кенни было некоторое преимущество для такого результата: в его распоряжении была здоровая (и более дорогая) команда, так как на данном этапе мы можем говорить только теоретически. Но это действительно соответствует тому, какой состав он выбирал в подобных матчах прошлого сезона, и тому, насколько активны в атаке были игроки на данных позициях. Вы можете утверждать то, что в матче открытия он, возможно, выпустит левого защитника более оборонительного плана, или в его команде выйдет «подстраховщик» Лукас, что снизит очки команды до 77, примерно до уровня Рафы.

В сильнейшем составе Роя не хватало весьма одаренного Аггера, который был на тот момент травмирован, однако уже тогда отставал от Шкртел в неофициальной иерархии за место в составе, и даже от, боже упаси, внушающего симпатию, но ограниченного в навыках Кириякоса (чьи очки равнялись бы ′2′ в игре, но вполне могли бы вырасти до ′5′ если учитывать стандарты). Ходжсон использовал атакующего Джонсона, но в случае с Аггером очевидно, что он ему не доверял.

Рафа часто использовал Стивена Джеррарда в центре против большинства команд (исключением были «большие клубы») в домашних матчах, и часто использовал на флангах игроков лучше чем те, которых можно увидеть на схеме. Можно поспорить, что с точки зрения потенциала Бабель тянул и на ′9′ за атакующие действия – чисто атакующий игрок, не возвращающийся назад – но если брать в расчет то, что мы видели в действительности он, едва ли, тянул и на ′5′. Я пошёл на компромисс и поставил ′7′, но Юсси Бенаюн набрал бы больше – ′8’ или ‘9’.

Бывало, Рафа одновременно выпускал и Маскерано, и Лукаса в центре поля, но снова повторюсь, это происходило, по крайней мере, на «Энфилде», только с сильными командами. И даже учитывая что, такая пара снижала бы общее количество очков, остается фактом то, что в атакующей паре Джеррард-Торрес каждый набирал максимальные ′10 из 10′, если честно эта пара тянет даже на все ‘21 из 20′. Поставьте Юсси и Дирка на фланги, и команда наберет 74 вместо 77, но будет работать даже лучше, нежели данный состав.

Возвращаясь к моему предыдущему тезису: если на всех позициях будут игроки с количеством очков ′8 из 10′, у вас действительно сверхатакующая команда. И вам даже не обязательно иметь в команде звезд с показателями ′10 из 10′, пока в команде есть хороший баланс. И это не совпадение, что большая часть успеха «Юнайтед» зависит от таких игроков как Пак Чжи Сун и Даррен Флетчер, которые «уравнивают» более ярких игроков.

Выбирая же из четырех защитников трех, которые не подключаются к атакам на регулярной основе, вы обрекаете себя на необходимость обладания звездами в атаке с показателем в ′9′ или ′10′, если, конечно, вы хотите быть достойной командой и выигрывать, по крайней мере, 6 игр из 10. Ходжсон выбирал Поульсона, который в молодые годы был игроком атаки, а в последние 8 лет стал до такой степени оборонительным полузащитником (что в атаке может предложить меньше чем ничего), то же с перемещением Мейрелеша на фланг, где он не отдавал результативных передач и не забивал. В итоге, «Ливерпуль» выигрывал только 33% игр, и имел отрицательную разницу голов. Поставьте Н′Гога вперед вместо Кюйта, а голландца соответственно переместите на фланг, так Ходжсон часто делал (в частности в игре против Сити), это всё равно не улучшит общую картину.

Таким образом, нынешняя трансферная кампания, вследствие которой не было куплено ни одного игрока с показателем ′10 из 10′ в атаке, помогла собрать большое количество ′8′…… но – и это важно – ‘восьмёрок’, которые одинаково хороши как при работе с мячом, так и без него.

Игра без мяча

Несмотря на все восторженные возгласы, которые сопровождают «Барсу», их тренер, Пеп Гвардиола больше всего внимания уделяет умению отвоевать мяч.

Когда я оценил три сильнейших состава «Ливерпуля» с точки зрения совмещения оборонительных качеств и нацеленности на ворота, результаты получились следующими: у Ходжсона 77 очков, Бенитез – 78, и новая команда Далглиша набрала умопомрачительные 84 очка.

Команду Рафы тянет на дно Бабель в составе, которого я оценил в ′2′. Кюйт набрал ′10′ за работоспособность и стремление независимо от того на какой он позиции, Джеррард получил всего ′9′, бралось в расчёт то, что он частенько уничтожал всю свою хорошо проделанную работу в обороне прорехами в концентрации. Торрес получил ′7′, хотя это некая смесь голодного Торреса с ′9’ баллами в начале и ′5′ когда у него начались проблемы с настроем, и большая часть его единоборств была основана на гневе.

Замените Адама Лукасом в новой команде и такой компонент, как трудоспособность станет ещё лучше. Лукас, если говорить об обороне это ′10′ потому что он не теряет свою позицию, отважен как лев, и готов бороться за абсолютно каждый мяч. Я отмечал, что он чаще всех выигрывал единоборства за мяч в прошлом сезоне (111), другие не забыли укорить его в том, что он же больше всех единоборств проиграл (61). Однако это лишь в еще большей степени подчеркивает его рвение и постоянные попытки остановить соперника; потому как даже проигранное единоборство может сбить атаку соперника, или замедлить его таким образом, что другие не завершат начатое дело. Лукас постоянно в поисках мяча и единоборств и это, возможно, тот компонент, без которого «Ливерпулю» не обойтись.

Козырем Кенни в этой колоде является Луис Суарес, который получает ′10′ за оба игровых компонента. Таким образом, его связка с Кюйтом может приносить ′18′ баллов впереди, но в работе без мяча они однозначно получают ′20′. Одна вещь, которую Кенни и Рафа понимают – в действительности команда Боба Пэйсли с Ианом Рашем в составе первой освоила этот прием – это то, что если вы изматываете и достаете защитников попытками отобрать мяч, когда они с мячом вблизи у своих ворот, у вас появляются моменты, для которых не нужны разрезающие оборону передачи или неординарные способности.



Стоит только найти хорошего в оборонительном плане левого защитника и состав 2011/2012 вырастит до 88 очков. Замените Адама Лукасом – лучший оборонительный полузащитник прошлого сезона – и они возрастут до 90, с атакующими возможностями по-прежнему около 75. Таким образом, с достаточным количеством креативных игроков – Суарес, Джонсон, Джеррард, Кюйт, Даунинг – умеющих не только преодолеть защитные редуты, а, также, прессинговать защитников по полной, «Ливерпуль» готов бороться за возвращение в «Big Four».
Пол Томкинс, The Tomkins Times

Кенни Далглиш воплощает в жизнь трансферные мечты противников Рафы Бенитеса.

Титулы пока подождут. Хотя и здесь особо рьяные поклонники таланта Короля Кенни преуспели, пообещав возрождающейся из пепла команде борьбу за чемпионский титул уже в следующем сезоне. Речь пока лишь о трансферной политике, ведя которую, Далглиш придерживается своего статуса легенды клуба. Именно такой видели идеальную политику некоторые болельщики команды в последние десять лет – годы приезжих и квалифицированных специалистов, скупавших всех тех, на кого по какому-то странному стечению обстоятельств не обращали внимания ближайшие конкуренты Ливерпуля.

Это был особый путь особого клуба. Но сейчас, впервые за длительное время, в представлении болельщиков слова о «Liverpool`s way» не звучат иронично, а являют собой политику, направленную на возвращение былых традиций и британизацию мерсисайдской команды. И если под первой частью предложения подписываться пока рановато, со второй поспорить не получится – кажется, Красные нацелились на всех перспективных британских футболистов скопом.

Предыдущие менеджеры не искали легких путей – кто-то в силу собственной своеобразности, кто-то по недостатку средств. Далглиш рассуждает по-ливерпульскому просто – ведь даже великие Шенкли и Пейсли верили в простоту этой игры. Имея серьезные возможности и поддержку руководства, он выбирает почти беспроигрышную модель поведения – приглашает в команду самых перспективных игроков, уже проявивших себя в Премьер-лиге.
Ведь об этом так мечтали противники Рафы Бенитеса.

И тут уже неважно, сколько именно денег потратил Ливерпуль, притом, что любой человек в здравом уме понимает, насколько завышена цена на Энди Кэрролла или Джордана Хендерсона. Пока простые болельщики с Анфилда одобрительно подымают большой палец, сторонние наблюдатели задаются вопросом о целесообразности каждой покупки. Особо остро в этой связи обсуждается тема приглашения капитана Блэкпула Чарли Адама, обошедшегося мерсисайдцам в скромные на фоне остальных покупок девять миллионов фунтов. Сомнения касаются как уровня способностей шотландца, так и возможности приспособить его возможности к модели игры команды Далглиша.

«Иногда в футболе нужно сделать шаг назад, чтобы затем сделать два вперед», — поучал юного полузащитника Рейнджерс Чарли Адама менеджер команды Алекс Маклиш. Адам, кстати, не жаловался на нехватку игрового времени, внимательно выслушивая даже столь безрадостные замечания тренера. Это особенно странно, учитывая, что еще с 13-14-летнего возраста Адам ходил в числе самых талантливых шотландских футболистах и представлял серьезный интерес для английских клубов и глазвегианских грандов.

К левшам, обладающим к тому же способностью видеть поле, всегда особое внимание, потому и талант Адама в его родном клубе Данди лелеяли. Небольшая скорость и лишний вес не мешали парню прогрессировать на своем уровне, но его переход в большой футбол уже в составе Рейнджерс вышел очень непростым. Маклиш, Ле Гуэн и Уолтер Смит в разной степени доверяли полузащитнику, но при каждом из них Чарли страдал из-за одной и той же проблемы – парень заигрывался, не мог вовремя отдать передачу, за что вскоре стал предметом нелюбви своих же болельщиков. Несколько мячей в Лиге чемпионов и Олд Фирм Дерби не сослужили должной службы, и даже отец Адама (также бывший футболист) отказался от походов на Айброкс, не желая выслушивать злостные выкрики фанов в адрес его сына.

При этом Адам никогда не стеснялся черновой работы, а уж в лени и нежелании развиваться его можно было заподозрить в последнюю очередь. Появление в Глазго француза Ле Гуэна оставил по себе темный след, во многом из-за желания бывшего тренера Лиона ввести в команде чисто европейские порядки. «Вот уж никогда не подумал бы, что стану есть салат», — признавался посаженный на диету Адам. Трудности его не пугали, но никто из менеджеров не желал возиться с Чарли, подбирая для него наиболее приятную позицию на поле. Джерс справлялись без него, а потому вскоре Адам отправился по арендам, а о недавно самой большой надежде шотландского футбола стали говорить с сожалением – мол, переоценили парня.

«Многие игроки не хотят покидать Селтик и Рейнджерс из-за отличных условий для работы. Их не пугает вся эта атмосфера Олд Фирм Дерби, которую можно променять на более спокойное место, но с худшими условиями», — рассказывает Адам, решившийся на такой шаг и переехавший в Блэкпул. Он сомневался даже после того, как провел на Блумфилд Роуд целых три месяца в аренде, но уговоры нового менеджера Иана Холловея и желание играть перебили последние сомнения.

Холловей дал Чарли то, чего шотландцу не хватало на прежнем месте – свободу действий. Не секрет, что Далглиш тоже раскрепощает своих атакующих футболистов, и потому, стоит полагать, знает, на что идет, подписывая Адама. Чарли стал «мистером Блэкпул», как его назвал один из тренеров команды, – в Джерс его попытки выдать что-то неординарное встречали гулом, здесь же – приветствовали. Шотландец повел за собой команду, стал ее лучшим ассистентом, архитектором игры и даже бомбардиром. Все скептики, так и не полюбившие игру команды Иана Холловея, сходились в двух вещах: только благодаря Адаму она вышла в Премьер-лигу, только благодаря Адаму она до последнего тура боролась за спасение.

Чарли скромен в высказываниях, постоянно подчеркивал, что он такой же «простой парень», как и его партнеры по Блэкпулу, но амбиции хавбека плохо скрываются на фоне великолепной игры и неистового желания покинуть команду в январе, когда на Адама посыпались предложения, в числе которых был Ливерпуль. Вне сомнений, за последние два сезона Чарли вырос как футболист: способности уже давно были при нем, но в Блэкпуле он научился их использовать с максимальной пользой для команды – не беситься после каждой потери мяча и чаще замечать партнеров, выстраивая игру под них, а не под себя.

Ирландец Стивен Хант как-то резко высказался по поводу некоторых игроков сборной Шотландии, в числе которых отчетливо читалась фамилия Адама. «Некоторые из них хотят баловаться и изображать Пеле, что мешает командой игре», — сказал после товарищеского матча сборных Хант. Ощущать себя Пеле Адам может разве что в сборной Шотландии – а в Ливерпуле для него самого должны найти наиболее удобное применение.

К слову, находятся те, кто сравнивают шотландца с Хаби Алонсо. Полузащитник мадридского Реала, вне сомнений, игрок более высокого класса, но трудно поспорить и с тем, что Адам – именно тот, кто может вернуть в игре недостающие после ухода Алонсо передачи из глубины поля. Этим он славится в первую очередь, и здесь уже привычная ширина расположения футболистов при Далглише сыграет команде только на руку.

Будет ли для Адама место в основе? Пока сказать тяжело. Судя по всему, менеджер готов пожертвовать ради британского легиона лучшим игроком минувшего сезона Раулем Мейрелешем, а потому основная борьба за место в старте развернется между Адамом и Хендерсоном. Второй быстрее, первый – по-футбольному умнее, к тому же незаурядные способности отдавать передачи с левой ноги позволят Чарли появляться на левой бровке, помогая, что вполне возможно, Стюарту Даунингу.

Ливерпуль привык играть в быстрый футбол, и тут у шотландца могут возникнуть проблемы. Он может не успевать за молниеносными переходами Красных в атаку, но в то же время – ему по силам одной точно передачей к чужой штрафной разгонять эти контратаки, дирижировать игрой, позволяя Стивену Джеррарду посвятить себя атакующим действиям. Здоровье капитана Ливерпуля в последнее время дает сбои, и наличие сразу нескольких центральных полузащитников команде не повредит.
Скорее всего, именно от этого и стоит отталкиваться. Даже в свои лучшие годы новейшей истории – сезоне 2008/09 – Красные страдали во многом из-за того, что не имели солидной скамейки запасных. Это могло не отражаться на игре команды по ходу сезона, но причиняло менеджеру головную боль после ухода одной из звезд. Пример того же Хаби Алонсо подходит как нельзя лучше.

Однажды Адам произнес слова, блестяще иллюстрирующие его карьеру: «Не имеет значение то, чего ты добился прежде и откуда пришел. Значение имеет только желание побеждать здесь и сейчас». Адаму 25 лет, позади у него одно громкое падение и еще более громкий взлет, а впереди – самое большое испытание. Если бы кто-то заявил о возможном переходе этого игрока в Ливерпуль два года назад – подняли бы на смех. Но Чарли сделал почти невозможное: он возродил не только свое имя, но и собственный потенциал, желающий реализоваться здесь и сейчас.

И если вы романтик, свято верующий в возрождение Ливерпуля под волшебным руководством Далглиша, то вы просто обязаны поверить в то, что и в наше время шотландский парень из скромного клуба способен завоевать Энфилд.

Иван Громиков
football.ua

О своей футбольной карьере Робби Фаулер обычно вспоминает с легким сожалением. Травмы, неуместные поступки и обстоятельства сделали воспитанника Ливерпуля «фигурой из прошлого» уже к тридцати годам, после чего его профессиональное падение удивительным образом сопровождалось возвеличиванием личности Робби до уровня самых больших легенд в истории Ливерпуля. Показательно и то, что «нереализованным талантом» называют человека, входящего в пятерку лучших бомбардиров в истории Премьер-лиги и занимающего третье место в списке самых состоятельных английских футболистов. «Лучшее, что есть в карьере футболиста? Зарплата! Серьезно говорю: нет большего удовольствия, чем хорошо получать за любимое дело!» — признается сам Фаулер.

Сейчас его тянет на тренерскую работу. Без футбола Фаулер не проживет – в молодости он не ценил того, что давалось ему легко и просто, а сейчас готов, притупив любые проявления гордости, выступать не только в Австралии, но и в глубокой английской трясине. Просто играть в футбол, общаться с людьми, задействованными в этой сфере, и забивать голы – где-то с трех лет Робби жил одним и тем же, только сейчас поняв, что за талант ему подарила природа. «Знаю, что был рожден футболистом. Мяч просто приклеивался к моим ногам в детстве, я никак это не тренировал».

Годы пролетели незаметно. Игры в «дыр-дыр» в местном парке, попадание в ливерпульскую школу, дебют, присвоение божественного статуса, травма, Жерар Улье, уход и возвращение. Между этими событиями затесались еще с пару десятков очень значительных фактов, но в случае с Фаулером даже одно упоминание его прозвища заменяет все статистические сводки и скрупулезные описания игровых качеств и самых ярких шедевров.



Явление «Бога» Анфилду произошло в самый неоднозначный период послевоенной истории Ливерпуля: талантливые ребята вроде него и Стива Макманамана были достойны тех же почестей и наград, что имели их легендарные предшественники, но родились и выросли в эпоху перемен. В такие времена люди особенно эмоциональны и чувствительны, потому и взаимная любовь болельщиков Красных и Робби Фаулера в своей искренности может затмить даже отношения того же Копа и Кенни Далглиша. Это были люди Фалуера – те, с кем он рос, кого он знал и понимал – они назвали его «Богом» буквально через пару лет после дебюта в первой команде и искренно ждали новых чудес, когда Робби был измученный и растолстевший.

Печально лишь то, что с годами фигура Фаулера ушла в прошлое – он все чаще представал мифическим персонажем, выступая в глазах молодых болельщиков отличным парнем, сидевшим за спиной более талантливого Майкла Оуэна. Сравнение способностей двух форвардов вряд ли даст результат, но показательной можно считать последовавшую за Ливерпулем карьеру. В этом и раскрывается вся сущность отношения мерсисайдских болельщиков к каждому из персонажей. Одного «сбитого летчика» судьба в итоге привела на скамейку запасных Манчестер Юнайтед, а второй, выступая в футболке Сити, забивал той же команде Фергюсона и издевательски показывал фанам Юнайтед пять пальцев, символизировавших недавнее завоевание уже пятого Кубка европейских чемпионов его командой. Разумеется, Фаулер был в Стамбуле – в клубной розе на болельщицкой трибуне.

Было время, когда юный Робби не только болел за Эвертон, но и носил материнскую фамилию Райдер. Форвард слыл звездой детской команды Торвальд, громившей всех налево и направо в любительских турнирах. В одном из поединков Райдер даже забил шестнадцать мячей, обратив на себя внимания скаутов Ливерпуля. Ириски проснулись позже, когда Робби уверенно чувствовал себя в «красной» семье и уже не желал ее покидать. «Да я всегда знал, что Ливерпуль сильнее, даже когда болел за Эвертон. Не признавал этого, но знал».

Не проникнуться атмосферой великого клуба было невозможно – особенного после того, как парня впервые подбросил домой Кенни Далглиш. Дебютировав при Грэме Сунессе, свой расцвет Фаулер застал во времена Роя Эванса, своеобразно оберегавшего главного своего таланта от посягательств и ненужных проблем. Однажды журналисты, бравшие интервью у менеджера Ливерпуля во время тренировки команды, стали свидетелями забавной и показательной картины. Посланный откуда-то мяч угодил в плечо говорившего Роя, тот на секунду прервался, чтобы встретиться взглядом с улыбающимся и довольным собой Фаулером. К удивлению присутствующих, Эванс улыбнулся в ответ и спокойно продолжил беседу, не уделив инциденту никакого внимания.



Середина девяностых стала золотым часом Робби Фаулера. Болельщики уже называли его «Богом», а сам он, не теряя интереса и изобретательности, продолжал забивать – с разных ног, положений и дистанций. «Для меня гол есть гол – неважно, как ты забил, значимость его одинакова. Хотя, если бы мне пришлось выбирать, то лучшим я бы, наверное, назвал точный удар головой в полуфинале Кубка Англии 1996 года против Астон Виллы», — вспоминал Фаулер. Он сумел побить, казалось, недостижимый рекорд Иана Раша, забившего 100 мячей в 166-ти поединках. Робби понадобилось для этого 165 матчей. Сам Раш, покидая клуб, не раз повторял, что с Фаулером в составе он оставляет Ливерпуль в надежных руках.

Эпоха Эванса, Фаулера и компании ассоциируется с выдуманным прессой прозвищем «Спайс Бойз», намекавшим на богемный и легкомысленный образ жизни звезд того Ливерпуля. Действительно, и Робби, и его лучший друг Стив Макманаман шатались по ночным клубам и барам, что не мешало им устраивать мощные представления и на футбольном поле. «Да, это правда, но так отдыхали все футболисты. Парни из Манчестер Юнайтед появлялись в тех же клубах. Единственная разница заключалась в том, что они выигрывали трофеи и им это не ставили в упрек», — резонно отмечал лучший бомбардир того Ливерпуля.

Болельщики всегда любили «гуляк», умевших при этом изобразить нечто рок-н-рольное и на футбольном поле. Ливерпуль играл лихо и от души, а Фаулер был лучшим представителем той команды и того образа жизни. Другое дело, что в какой-то момент сам Робби стал осознавать личные ошибки – он давал прессе повод говорить о себе, и в итоге находил очень неприятным появление собственной фамилии на первой полосе одной из местных газет. «Легко сказать, что ты не покупаешь газеты и закрываешь глаза на то, что о тебе пишут. Но поверьте, невозможно удержаться, когда мимолетом замечаешь свое имя на первой полосе». Фаулер долго и безуспешно пытался найти оправдание в глазах тех, кто был настроен против него, но решил смириться с таким положением дел, услышав очередную историю от своего друга, которого водитель такси горячо убеждал в том, что один из его знакомых видел Фаулера покупающим наркотики из окна какого-то автомобиля. «Да-да, конечно», — саркастично ответил таксист на попытки пассажира объяснить, что Робби никогда в жизни не притрагивался ни к чему, кроме алкоголя.

Лучшим оружием Фаулера в борьбе с прессой были болельщики и его скаузерское происхождение, роднившее с теми, кто приходит на Анфилд. На поле он делал то, что с радостью сделал бы каждый, кто сидит на трибуне – это касалось не только голов, но и веселящих публику выходок. Денежные штрафы мало волновали Фаулера, и не могли хоть как-то испортить один из счастливых моментов потери рассудка. Пожалуй, наиболее знаменитый случай в его карьере – гол, забитый с пенальти в ворота Эвертона, и последовавшее за ним празднование. Болельщики Ирисок любили спекулировать на слухах, распространявшихся о Робби, и лучшего ответа со стороны самого футболиста последовать не могло. Фаулер нырнул к белой линии поля и изобразил процесс употребления кокаина, вынюхав белую полосу.

Впрочем, Робби не всегда тянул одеяло на себя, иногда выбирал в помощники партнеров по команде и даже соперников. Защитник Челси Грэм Ле Со прекрасно помнит противостояние с Фаулером на Анфилде. В то время ходила молва о якобы нетрадиционной сексуальной ориентации Ле Со, и, устав от крепкой и очень «близкой» опеки противника, Робби сорвался и характерным жестом напомнил Грэму об обидных слухах. Через некоторое время Ле Со намеренно двинет локтем в голову Фаулера и получит дисквалификацию – меньшую по сроку, чем та, что была выписана игроку Ливерпуля.



Фаулер получал наказания не только за дурацкие выходки (если так можно называть простое желание получать от игры удовольствие и дарить радость фанам), но и за красивые поступки, укреплявшие в нем статус легенды мерсисайдского клуба. После одного из многочисленных забитых мячей Робби решился выказать поддержку ливерпульским докерам, попавшим под массовое сокращение. Одним из уволенных был отец Стива Макманамана, но проблемы простых скаузеров волновали парочку друзей не только как способ самоутверждения – ни Стив, ни Робби этого не афишировали, но они постоянно делали пожертвования в различные фонды и рабочие профсоюзы, закрепляя свои особые отношения с болельщиками и за пределами футбольного поля.

О красивой жизни «Бога Анфилда» Фаулер вскоре забыл. В начале 1998 года он получил тяжелую травму крестообразных связок колена в матче против Эвертона, выбыв из игры на несколько месяцев. На карьере некоторых футболистов такие травмы ставили крест, но Фаулер, приложив немало усилий, вскоре вернулся на поле. Но его преследовали все новые травмы, а появление нового героя в лице Майлка Оуэна отводило Робби на вторые роли в планах сменившего Роя Эванса Жерара Улье. Получая свои минуты на поле, он нередко забивал и даже получал приглашения в сборную Англии, но общая атмосфера в команде с приходом французского тренера изменилась.

Улье долго убеждал Фаулера в том, что он на него надеется, а пресса кормила читателей предположениям о конфликте между Жераром и кумиром трибун. Фаулер принципиально не выносил ссор из избы, через несколько лет слегка приоткрыв занавес. Судя по всему, надлом в их отношениях случился после того самого случая с «кокаиновой дорожкой»: Улье к полнейшему непониманию Фаулера пытался объясниться с журналистами после игры, выдумывав феноменальное в своей глупости оправдание – дескать, это был новомодный африканский стиль празднования, которому Робби научил Ригобер Сонг.

Конечно, этот случай не был первопричиной негласного конфликта – просто слова и обещания Улье в отношении Фаулера часто расходились с реальными делами, а вопросы, касавшиеся судьбы футболистов, Улье всегда предпочитал решать за их спиной. Скорее всего, Улье хотел обставить уход легенды и любимца болельщиков таким образом, чтобы он сам мог выйти сухим из воды и не остаться в виновниках. Французу в этом помогал его ассистент Фил Томпсон, вступивший в прямую конфронтацию с Фаулером на одной из тренировок. Томпсон получил мячом по голове в тот момент, когда собирал остальные, валявшиеся в сетке ворот. Фил улыбаться не стал, как когда-то Эванс, а выдал целую тираду в адрес Робби, ставшую прелюдией к настоящим проблемам. Через несколько дней Улье не включит Фаулера в заявку на матч за Суперкубок Англии, и даже после извинений девятого номера команды оставит того в твердых запасных, вынудив Робби решиться на переход в Лидс в декабре 2001 года. «Пришло время двигаться дальше», — с грустью скажет Фаулер, обойдясь без метания стрел в адрес родного клуба и бывшего менеджера. Однажды он пообещал, что не позволит сказать ничего плохого о Ливерпуле – что бы ни произошло.

Фаулер с переменным успехом отыграет за Лидс и Манчестер Сити – во втором клубе ему удастся наладить близкую связь с болельщиками, распевавшими во время каждого из матчей команды остроумную песню на мотив знаменитой битловской «сумбарины». «Мы все живем в доме Робби Фаулера», — такие слова была намеком на громадную зарплату Робби и его немалые вложения в недвижимость. Мотив подхватили фаны многих других команд, продолжая коллективно удивляться: как такому легкомысленному и шальному парню удалось грамотно вложить деньги и попасть в почетный список тысячи богатейших англичан?

Прежде, чем окунуться в мир трясины и диковинного австралийского футбола, Фаулер еще вернется домой, на Анфилд. Рафаэль Бенитес провернет гениальный пиар-ход, осчастливив как болельщиков, так и «Бога», бредившего не только возвращением домой, но и возможностью по-человечески попрощаться со своими людьми. Бенитес, в отличие от Улье, ему эту возможность подарил – в матче с Чарльтоном в мае 2007 года Робби Фаулер покидал поле под овацию, с огромным трудом сдерживая слезы. Ему бы простили и поняли, как делали все эти годы, но в тот день он решил сохранить свои эмоции внутри – ведь это была не радость, а грусть, делиться которой со своими людьми необязательно.

Иван Громиков, специально для Бей-беги